Дела портовые Михаила Сошника | Свежие новости The Moscow Post
16 Сентября 2019
18+
Св. Эл № ФС 77-58429
Экономика

Дела портовые Михаила Сошника

Владелец петербургского Морского рыбного порта Михаил Сошник предположительно скончался, не успев продать свой бизнес. В результате активы стоимостью 8 млрд руб. затерялись где-то между Панамой и Виргинскими островами.

Известный петербургский предприниматель Михаил Сошник скоропостижно скончался, не успев реализовать свой замысел по продаже петербургского морского рыбного порта. Перед смертью он успел только оценить свои активы: их стоимость составила 8 млрд руб.

Сошник скончался в разгар конфликта собственников порта, и теперь неясно, кому достанется объект: все осложняется тем, что он прочно "пустил корни" в офшорах. Еще более запутанной ситуацию делает то, что не все участники на рынке верят в смерть Сошника. В том, кому достанется масштабный бизнес, разбирался корреспондент The Moscow Post.

Сделка века

Михаил Сошник с партнерами получил под свой контроль петербургский морской рыбный порт (МРП) через различные перипетии, связанные с приватизацией и банкротством. Некогда могучее Ленинградское производственное объединение рыбной промышленности "Ленрыбпром" оказалось в руках коммерсантов. Морской рыбный порт был основан еще "красным директором" Эдуардом Сергеевым — он владел им до 2006 года.

В 2006 году комитет по управлению государственным имуществом Петербурга (КУГИ), сдававший в аренду порту причалы, провел новый конкурс. В результате право аренды выиграл не морской рыбный порт, а ОАО "Рыбоперерабатывающий комбинат №1" (РОК-1) Михаила Сошника. В 2007 году последний вместе с партнерами и выкупил МРП у Сергеева.

Помогли в реализации сделки Сошнику бизнесмен из Исландии Магнус Торстейсон и петербургский юрист Михаил Антонов из адвокатского бюро "Юст". Не лишним будет отметить, что бюро было основано в 1990-е годы Игорем Метельским, который возглавлял КУГИ во время сделки, а затем стал вице-губернатором Петербурга.

Таким образом, можно предположить, что сделка могла быть не совсем честной с точки зрения закона, учитывая возможную личную заинтересованность главы КУГИ. Но с тех пор прошло больше десяти лет, а с ними могли истечь и сроки давности уголовных статей, которые можно было бы "примерить" на участников купли-продажи.

Из порта вывели активы?

Антонов владел долей в МРП через ООО "Конмарк", аффилированным с Сошником. ООО в 2010 году приобрел Геннадий Голубев. Впоследствии "Конмарк" с новым руководством приобрел вторую долю в МРП у Михаила Сошника и попытался учредить дочернюю структуру — возможно, для того, чтобы вывести активы.

Желающих приобрести МРП достаточно, но никто не признается в интересе к активу

Оставшийся соучредитель — кипрская компания Fringilla Ltd (ее связывают с Магнусом Торстейсоном) воспрепятствовала этой попытке и обратилась в суд. Однако вывод активов, похоже, все-таки состоялся: уставной капитал 100-процентной "дочки" МРП ООО "Терминал" увеличили с 10 тыс. руб. до 89,3 млн руб. Затем "Терминал" вошел в уставной капитал ООО "Рыбный порт" вместе с РОК-1 Михаила Сошника.

Сошник "кинул" исландского инвестора?

В 2011 году подконтрольный Сошнику "Рыбпроминвест" начал процедуру банкротства по инициативе кредитора из офшора с Виргинских островов — компании Zart Partners Corp, которой Торстейсон продал часть своих требований в надежде компенсировать убытки после приобретения акций МРП.

В 2012 году иск о собственном банкротстве подала другая подконтрольная Сошнику компания — ООО "Продуктовые терминалы", которая до 2010 года совместно с "Рыбпроминвестом" владела МРП. Об этом писал "Деловой Петербург". 98,3% "Продуктовых терминалов" принадлежали "Рыбпроминвесту".

Последняя компания была должна Магнусу Торстейсону 1,4 млрд руб. еще со времен сделки по покупке акций морского рыбного порта. В результате исландцу не удалось вернуть ни копейки долга, а МРП достался РОК-1. Что же это получается, банкротство "Рыбпроминвеста" было инициировано намеренно, чтобы не отдавать долг?

Кстати, в ходе судебного процесса стало известно, что все ценные активы "Рыбпроминвеста" были выведены с его баланса. От продажи оставшегося имущества удалось выручить всего 230 тыс. руб. При этом сумма иска с учетом процентов по долгу составляла 2 млрд руб. Вот такой бизнес вел Михаил Сошник. "Подобные схемы ухода от обязательств используются бенефициарами сплошь и рядом и различаются лишь сложностью. Главное, что может помочь истцу вернуть свои деньги, — правильный подбор юриста", — заявлял арбитражный управляющий Денис Лебедь.

Кому достанется бизнес?

В петербургский Морской рыбный порт в настоящее время входят территория площадью 24 га, 6 причалов, почти 4 километра железных дорог и около 200 тыс. квадратных метров складов. МРП единственный в Санкт-Петербурге имеет собственный "холодильник" для рыбы. Рефрижераторный склад вмещает до 4,5 тыс. тонн замороженных продуктов. Оценка бизнеса, проведенная около полугода назад еще при живом Михаиле Сошнике, показала его стоимость примерно в 8 млрд руб. При такой стоимости МРП является одним из наиболее ценных стивидорных активов региона. Разумеется, сейчас начнется "грызня" за масштабный бизнес, однако сложная структура управления и офшорные схемы могут отпугнуть потенциальных собственников.

По словам участников рынка, Михаил Сошник подготовил бизнес к продаже и даже нашел потенциальных покупателей, но последний шаг сделать не успел. После его смерти оказались утеряны инструменты управления наиболее сложной частью бизнеса, которая "сидит" в офшорах. Речь идет о "дочке" РОК-1, компании "РОК-1 — Причалы", которой принадлежат 24% ООО "Рыбный порт".

"РОК-1 — Причалы" на 90% принадлежит петербурженке Елене Третьяковой, на 10% — Татьяне Малютиной. Собственниками 76% "Рыбного порта", ООО "Терминал", являются два офшора: Global Marina Inc. с Виргинских островов (81%) и Lantis Corp. из Панамы (19%). На офшоры записаны основные активы МРП: недвижимость, часть железнодорожной инфраструктуры, оборудование стивидоры.

Сошник может быть жив?

Главная интрига, как выяснилось, состоит в том, действительно ли Михаил Сошник скончался. Представитель Татьяны Малютиной Кирилл Кукушкин в этом сомневается. "Я его мертвым не видел, а остальное разговоры", — заявил он. Также юрист не уверен, установлены ли главные собственники МРП — бенефициары офшора Global Marina. Татьяна Малютина, кстати, долгие годы судится с "РОК-1 — Причалы". Она считает свою долю нечестно заниженной путем вывода активов и других манипуляций.

А что, если Сошник инсценировал собственную смерть, чтобы лишить Малютину того, что ей, как она считает причитается? Вполне возможно, что это предприниматель захотел сделать структуру владения МРП еще более запутанной, а конфликт собственников — неразрешимым. Желающих приобрести бизнес Сошника в портовом сообществе предостаточно, но как будет происходить продажа с учетом смерти (мнимой?) главного бенефициара? А может быть и не планировалось никакой продажи, и вся "предпродажная подготовка" была лишь прелюдией к инсценировке смерти?

Не исключено также, что "воду мутит" в этой ситуации экс-глава КУГИ и бывший вице-губернатор Санкт-Петербурга Игорь Метельский. Возможно, что он действует в интересах кого-то из собственников МРП, чтобы "отжать" у Сошника актив, а тот во избежание дополнительных рисков инсценировал свою смерть. В этой ситуации Метельского стоит как минимум допросить на предмет возможной причастности к исчезновению основного собственника МРП.

Читайте The Moscow Post на Яндекс-Дзен

  1. Первая полоса
  2. Политика
  3. В мире
  4. Экономика
  5. Культура
  6. Спорт
  7. Происшествия
  8. Общество
  9. Авторская колонка


  10. О газете
  11. Рекламный отдел
Top.Mail.Ru
Rambler's Top100